Мировая депрессия

Главная » Депрессия » Мировая депрессия

Величайшая депрессия в истории Соединенных Штатов

Величайшая депрессия в США являлась внезапным социальным и экономическим шоком для всей страны. Она породила совершенно новый уровень бедности, преступности, безработицы и других подобных производных от социальной напряженности. К такому всеобъемлющему кризису государство и общество оказались крайне неподготовленными ввиду того, что предшествующий период с 1923 года являлся крайне благополучным этапом стремительного экономического роста и процветания.

Причины Великой депрессии 1929-1933 годоввеличайшая депрессия

Этот быстрый и, казалось бы, безоблачный рост уже в 1929 году начал замедляться. В августе по всему США начали сокращаться понемногу основные показатели производства. Но тогда начавшееся экономическое замедление так и не получило существенного внимания. Считается, что величайшая депрессия за все годы существования США началась с биржевым крахом 24 октября того же года. В этот день акции всех фондовых бирж начали катастрофически падать: сначала на внутреннем, а потом и на внешнем рынке. Этот день был назван американцами впоследствии «черным четвергом». В причинах этих событий экономисты позже выделили целый ряд совокупных причин: среди них и чрезмерное производство товаров – перепроизводство и излишек, как следствие; инвестиции в некоторые отрасли сверх необходимости (возникновение т.н. мыльного пузыря); резкое увеличение количества населения, что привело к нехватке денежной массы.

Сложные годы

Великая депрессия 1929-1933 гг. охватила все сферы общественной и государственной жизни, она принесла катастрофическое падение экономике государства. Тяжелая промышленность, строительство, сельское хозяйство и целый ряд остальных производственных отраслей практически полностью были остановлены. Повсеместное падение производственных результатов и упадок сопровождались также массовыми увольнениями, которые в разгар кризиса доходили до десятков тысяч в каждую неделю. В 1932 году четверть работоспособных граждан по всей стране потеряли работу. Величайшая депрессия, естественно, сопровождалась падением социальных гарантий государства. Снижение спроса на продукцию фермеров приводило к массовому разорению этой категории: к 1932-му году насчитывалось уже более миллиона разоренных хозяйств.

Новый курс

Правительство Герберта Гувера так и не смогло справиться со всеобъемлющим падением экономики, производства и социальных стандартов. В 1932 году президентом был избран Франклин Делано Рузвельт, предложивший комплекс мер по преодолению кризиса. По существу, политика Нового курса Рузвельта предусматривала ряд мер, которые были связаны с определенным отходом от позиций либерализма и ощутимым усилением государственной роли в производстве и экономике. Правительством была объявлена поддержка фермерских хозяйств, меры по стабилизации финансовой системы, предоставление социальных гарантий рабочим, финансирование сельскохозяйственной отрасли, некоторые действия антимонопольного характера, ради оживления конкуренции и разгона экономики, ужесточение процедуры получения банками государственных займов, в результате которого лишь самые жизнеспособные оставались на плаву. Величайшая депрессия в истории страны постепенно пошла на спад. Впрочем, ее последствия напоминали о себе вплоть до начала Второй мировой воны.

Автор: Полина Курбала

Источник: http://fb.ru/article/116683/velichayshaya-depressiya-v-istorii-soedinennyih-shtatov

Распространенность и статистика депрессии в разных странах мира

В последние годы депрессия считается во всем мире одной из основных причин снижения и утраты трудоспособности. По доле потерянных для полноценной жизни лет именно депрессивные расстройства опережают все прочие психические заболевания, включая такие, как болезнь Альцгеймера, алкоголизм и шизофрения. Депрессии занимают четвертое место среди всех заболеваний по интегративной оценке бремени, которое несет общество в связи с ними. Так, A. Nierenberg (2001) отмечает, что в Америке ежегодно около 6 млн человек страдают от депрессии, а на их лечение затрачивается более 16 млрд долларов. К 2020 г. по этому критерию депрессивные расстройства займут уже второе место, уступая только ишемической болезни сердца.

Отсюда понятно, что разработка эффективных методов терапии и профилактики депрессивных расстройств является одной из наиболее важных задач современной психиатрии. Не будет преувеличением назвать эту задачу краеугольным камнем охраны психического здоровья в XXI в. Решение столь сложной проблемы требует учета разнообразных факторов, способствующих возникновению депрессий, влияющих на их течение, определяющих их прогноз и эффективность лечения. К числу таковых, безусловно, относятся этнокультуральные факторы, роль которых в этиопатогенезе депрессий признается на сегодняшний день практически всеми исследователями. В частности, американские психиатры L.J.Kirmayer и D.Groleau (2001) утверждают, что наличие этнографических знаний является необходимым условием для понимания причин, семиологии и течения депрессивных расстройств.

Современное состояние исследований депрессивных расстройств

Как уже отмечалось, в последние десятилетия во всем мире определяется тенденция к увеличению заболеваемости населения депрессивными расстройствами. По данным выполненных под эгидой ВОЗ эпидемиологических исследований, построенных на безвыборочном обследовании пациентов общемедицинской сети в 14 странах мира, средний уровень распространенности депрессий в последнем десятилетии XX в. по сравнению с 60-ми годами (0,6 %) составил 10,4 %. Таким образом, за прошедшие 30 лет число больных с депрессивными расстройствами выросло более чем в 17 раз.

Распространенность депрессии в системе первичной медицинской помощи (по данным ВОЗ)

Страна Депрессивные расстройства, %
Япония 2,6
Индия 9,1
Китай 4,0
Германия 11,2
Нигерия 4,2
Франция 13,7
Турция 4,2
Бразилия 15,8
Италия 4,7
Нидерланды 15,9
США 6,3
Англия 16,9
Греция 6,4
Чили 29,5
Средний показатель 10,4

С учетом того, что выявление и клиническая квалификация депрессивных расстройств были проведены в рамках одной программы по единым методическим и клинико-диагностическим критериям и с использованием общего инструмента, обращает на себя внимание значительный (в 10 и более раз) разброс показателей распространенности депрессий в различных странах мира: от 2,6 % - в Японии до 29,5 % - в Чили. При этом выделить те или иные закономерности различий представляется затруднительным. Можно лишь с осторожностью сказать о тенденции меньшей распространенности депрессивных расстройств в азиатских, африканских и североамериканских странах, а также в государствах Юга Европы и большей - в странах Западной Европы и Латинской Америки. Что касается уровней социально-политической стабильности и экономического развития анализируемых стран, то какой-либо связи распространенности депрессивных расстройств с этими показателями не обнаружено. Полученные данные могут указывать на определенную роль собственно этнокультуральных факторов в возникновении и распространенности депрессивной патологии.

Многие исследователи полагают, что реальная цифра распространенности депрессий может оказаться еще выше, если учесть случаи так называемых расстройств депрессивного спектра - некоторые формы патологии влечений, зависимость от алкоголя и психоактивных веществ, соматоформные, психосоматические и невротические расстройства, протекающие с депрессивной симптоматикой.

Так, согласно результатам проведенного в США безвыборочного обследования 226 человек в учреждениях общемедицинской помощи, у 72 % из них были выявлены признаки невыраженной депрессии, наблюдавшиеся в течение 4 нед, - угнетенное настроение, нарушения в познавательной сфере и отдельные вегетативные проявления. У уг из них в анамнезе отмечались большие депрессивные расстройства, при этом почти в половине случаев наблюдалась наследственная отягощенность униполярной депрессией. Исходя из этого, авторы сделали следующие выводы:

  1. в клинической картине невыраженной депрессии преобладают сниженное настроение, нарушения в познавательной сфере, а вегетативные симптомы встречаются значительно реже;
  2. невыраженная депрессия может встречаться или как самостоятельное заболевание, или как стадия рецидивирующего униполярного депрессивного расстройства;
  3. невыраженные депрессии должны рассматриваться в рамках континуума «клинической серьезности».

По сведениям отечественных исследователей, в России около половины лиц, обращающихся в территориальные поликлиники, имеют те или иные признаки депрессивных расстройств. Распространенность легких депрессивных расстройств, смешанных тревожно-депрессивных состояний и их встречаемость при соматических заболеваниях достигают еще больших величин.

Клиническая структура депрессий, впервые выявленных у пациентов общесоматической сети, согласно результатам исследования, проведенного в Москве М.Н.Богдан (1998): депрессивный эпизод - 32,8 %, рекуррентное депрессивное расстройство - 29 %, хронические аффективные расстройства, в том числе циклотимия и дистимия - 27,3 %, биполярное аффективное расстройство - 8,8 % случаев.

Практически все исследователи признают роль возраста и пола в возникновении и распространенности депрессивных расстройств. По данным ВОЗ (2001), депрессии чаще всего развиваются в зрелом возрасте. При этом в возрастной группе 15 лет - 44 года эти расстройства являются вторым по тяжести бременем, составляя 8,6 % от количества лет жизни, потерянных в результате инвалидности. Кроме того, в литературе имеются сведения о наличии этнокультуральных различий в отношении возрастной предпочтительности возникновения депрессивных состояний.

Так, если в ряде африканских стран (Лаос, Нигерия) отмечается преобладание среди больных депрессивными рас- свойствами лиц зрелого возраста - 30-45 лет, то в США эти заболевания наиболее часто развиваются у «взрослых подростков». В подтверждение можно привести данные аналитического обзора П.И.Сидорова (2001), из которых следует, что в США страдают депрессиями 5 % населения в возрасте от 9 до 17 лет, а в Ehmre - 10 % от общего числа всех школьников. В большинстве европейских стран наиболее высокая распространенность депрессивных расстройств выявляется у лиц пожилого возраста. Это связано с присущим данному возрасту накоплением жизненных трудностей и снижением психологической устойчивости.

Половые особенности распространенности депрессий отражены в материалах ВОЗ (2001), согласно которым распространенность депрессий в большинстве стран мира выше среди женщин. Так, средняя частота униполярного депрессивного расстройства составляет 1,9 % у мужчин и 3,2 % - у женщин, а впервые возникшего депрессивного эпизода - соответственно 5,8 и 9,5 %.

Среди социальных факторов, способствующих развитию депрессий, особо выделяются бедность и взаимосвязанные с ней безработица, низкий образовательный уровень, бездомность. Все эти факторы являются уделом значительной части людей в контрастных по уровню доходов населения странах. Так, по результатам транснациональных исследований, проведенных в Бразилии, Чили, Индии и Зимбабве, депрессивные расстройства в среднем в 2 раза чаще встречаются в группах населения с низкими доходами, чем среди богатых.

Согласно единодушному мнению исследователей, во всех странах лица с депрессивными расстройствами отличаются наиболее высоким риском совершения самоубийств. Более подробно этот аспект проблемы будет рассмотрен нами в соответствующем разделе этой книги. Здесь же мы ограничимся лишь некоторыми цифрами, подтверждающими правильность такого заключения. По данным мировой литературы, среди всех суицидентов удельный вес лиц с депрессиями составляет 35 % в Швеции, 36 % - в США, 47 % - в Испании, 67 % - во Франции. Существует также информация о том, что 15-20 % больных, страдающих депрессией, кончают жизнь самоубийством.

Значительно реже встречаются в литературе сведения об этнокультуральных особенностях клинической картины депрессивных расстройств. В этом отношении заслуживают внимания сравнительные исследования клинических проявлений депрессий в восточной и западной культурах.

Большинство авторов отмечают, что в восточных культурах депрессии значительно чаще имеют соматизированный характер. В нашей стране к аналогичному убеждению пришли В.Б.Миневич (1995) и П.И.Сидоров (1999), установившие соответственно, что у бурят и малочисленных народов Севера России развиваются почти исключительно соматизированные депрессии, что значительно затрудняет их своевременное выявление и лечение. В.Б.Миневич объяснял данный феномен тем, что жалобы депрессивного спектра (подавленное настроение, угнетенность, тоска) абсолютно ненормативны в восточной культуре, к которой относится и бурятская. Исходя из этого, депрессии в восточных этносах изначально приобретают соматизированный характер.

Представленные данные косвенно подтверждаются результатами ряда зарубежных исследований, касающихся хронического депрессивного расстройства, - дистимии. Принято считать, что распространенность этого заболевания в разных странах мира приблизительно одинакова и составляет в среднем 3,1 %. Вместе с тем, по сведениям L.Waintraub и J.D.Guelfi (1998), в странах Востока соответствующие показатели существенно ниже, например на Тайване они составляют лишь 1 %. Однако остается неясным, действительно ли дистимия встречается на Востоке реже или она попросту не распознается вследствие своей соматизации.

Таким образом, существуют научно подтвержденные различия распространенности и клинических проявлений депрессивных расстройств в восточных и западных культурах. Кроме того, в литературе есть сведения о существовании «внутренних» (субкультуральных) различий в каждой из этих культур. Этому посвящена оригинальная работа отечественной исследовательницы Л.В.Ким (1997), изучившей клинико-эпидемиологические особенности депрессий среди подростков этнических корейцев, проживающих в Узбекистане (Ташкент) и Республике Корея (Сеул).

Автором установлено, что распространенность активно выявленных депрессивных расстройств в общей популяции подростков Сеула (33,2 %) почти в 3 раза превышает аналогичный показатель в Ташкенте (11,8 %). Это достоверный показатель, поскольку исследование выполнялось по единым методическим подходам и базировалось на общих клинических критериях.

По мнению Л.В.Ким, более высокая распространенность депрессий среди подростков Южной Кореи обусловлена социально-средовыми факторами. В последние десятилетия в стране утвердилось представление о неразрывной связи престижного положения в обществе и высшего образования, поэтому число абитуриентов многократно превышает количество мест в университетах, а требования, предъявляемые к учащимся, становятся все более высокими. На этом фоне формируется так называемый «прессинг успеха», проявляющийся, с одной стороны, стремлением подростка к достижению успеха и желанием соответствовать притязаниям родителей; с другой стороны, присутствием страха, тревоги, ожиданием провала и неудачи. В силу этого «прессинг успеха» становится одним из наиболее мощных факторов риска развития депрессий у южнокорейских подростков.

Автор считает, что дополнительными аргументами в пользу депрессогенной роли «прессинга успеха» в контингенте подростков жителей Сеула служат:

  1. больший удельный вес среди «депрессивных подростков» представителей мужского пола как следствие традиционной для Южной Кореи ориентации на достижение социальных и профессиональных успехов именно мужчинами;
  2. зависимость депрессии от наличия того или иного хронического соматического заболевания, препятствующего достижению социальных успехов и карьерных устремлений подростка;
  3. значимое (более чем в 2 раза) преобладание школьников с высокой успеваемостью среди «депрессивных подростков» в Сеуле по сравнению с соответствующей группой Ташкента, что отражает более высокий уровень социально детерминированных притязаний в условиях конкурентного общества.

Что касается других патогенных социально-психологических факторов, то у страдающих депрессиями подростков из Узбекистана по сравнению с их сверстниками из Сеула достоверно чаще выявляются межличностные проблемы, в том числе с родителями (в 4,2 раза), учителями (в 3,6 раза), сиблингами (в 6 раз), сверстниками (в 3,3 раза). Это может быть объяснено определенными субкультуральными различиями представителей метрополии и диаспоры. В частности, в отличие от Узбекистана в Корее подростки воспитываются на традициях буддизма, порицающих открытые проявления агрессии и конфликтности. Анализ иных социодемографических и социально-психологических факторов не позволил установить их значимой связи с формированием депрессивных расстройств у подростков как в Корее, так и в Узбекистане.

В клиническом отношении при изучении депрессивных расстройств у подростков сравниваемых субпопуляций каких-либо этнокультуральных особенностей и различий не обнаружено. Наиболее частыми типологическими вариантами депрессии являются тоскливая депрессия (28,4 %), астено-апатическая (20,9 %), тревожная (16,4 %), с психопатоподобными проявлениями (13,4 %), с дисморфофобическим синдромом (11,9 %), с соматовегетативными нарушениями (9 %). По клиническим критериям DSM-1V, почти половину всех случаев составили легкие депрессии (Mild) - 49,3 %, за ними следуют умеренно выраженные депрессии (Moderate) - 35,1 % и наименьший удельный вес приходится на выраженные депрессии (Severe) - 15,6 %.

Таким образом, распространенность, условия формирования, клинические проявления депрессивных расстройств могут иметь не только этнокультуральные, но и этносубкультуральные различия, знание которых важно для психиатров.

В российской психиатрии этнокультуральные исследования депрессивных расстройств весьма немногочисленны. В этом отношении можно отметить цикл сравнительных транскультуральных исследований депрессий, выполненных О.П.Вертоградовой и соавт. (1994, 1996). В одной из работ авторами были изучены культуральные особенности депрессивных расстройств у коренного населения Республики Северная Осетия (Алания). Особенностью осетин является то, что, проживая на Северном Кавказе, они не относятся к народам Северокавказской семьи. По своей этнической принадлежности осетины входят в иранскую этническую группу, наряду с таджиками, афганцами, курдами. При исследовании было установлено, что у страдающих депрессивными расстройствами осетин в сравнении с русскими больными выше уровень идеаторных компонентов депрессии, дисфорических нарушений, алекситимии, ваготонических симптомов и соматических составляющих.

В другом исследовании этого авторского коллектива был проведен сравнительный клинико-эпидемиологический анализ депрессий в российской (Москва) и болгарской (София) популяциях. Объектом исследования послужили больные с депрессивными расстройствами, выявленные в общесоматических поликлиниках. По базисным клиническим параметрам (гипотимия, тревога, истощаемость, витализация аффекта, суточные колебания настроения, расстройства сна) больные сравниваемых национальностей практически не отличаются. Вместе с тем у русских пациентов чаще выявляются идеи малоценности, ангедония, слабодушие, сужение круга ассоциаций, а у больных болгар - телесные сенсации.

Из последних работ, касающихся этнокультуральных аспектов депрессивной патологии, обращает на себя внимание исследование О.И.Хвостовой (2002), изучавшей депрессивные расстройства у алтайцев - небольшого по численности народа, являющегося коренным в Республике Алтай и относящегося к тюркской этнической группе. Их особенностью является наличие субэтносов, проживающих в различных климатогеографических условиях: теленгитский субэтнос, который образуют жители «высокогорья» (высота до 2 500 м над уровнем моря, экстремальный климат, приравненный к районам Крайнего Севера), и субэтнос алтай-кижи. Спецификой последнего является то, что одна его часть живет в условиях «среднегорья» (высота до 1000 м над уровнем моря), а другая - «низкогорья» (межгорные долины на высоте до 500 м над уровнем моря со сравнительно благоприятным климатом).

В ходе исследования установлено, что распространенность депрессивных расстройств у алтайцев достигает довольно большой величины - 15,6 на 100 обследованных. У женщин депрессивные нарушения встречаются в 2,5 раза чаще, чем у мужчин. Вызывают интерес различия в болезненности депрессивными расстройствами у представителей алтайских субэтносов. Максимальный уровень отмечается у жителей «высокогорья» (19,4 %), затем у жителей «среднегорья» (15,3 %) и наиболее низкий уровень зарегистрирован у субэтноса, проживающего в более благоприятных условиях «низкогорья» (12,7 %). Таким образом, распространенность депрессивных расстройств в рамках одного и того же этноса в определенной степени зависит от климатогеографических условий и степени социального комфорта проживания.

Завершая краткий анализ литературы по этнокультуральным особенностям депрессивных расстройств, нетрудно сделать вывод, что, несмотря на безусловную значимость этих аспектов, они продолжают оставаться недостаточно изученными как в мировой, так и в отечественной психиатрии.

Источник: https://ilive.com.ua/health/rasprostranennost-i-statistika-depressii-v-raznyh-stranah-mira_108809i15956.html

Поколение депрессий: реальные причины и реальные цифры

Поколение депрессий: реальные причины и реальные цифры

Статистика фармацевтических компаний говорит о том, что продажи антидепрессантов и транквилизаторов ежегодно увеличиваются на 20%, а психиатры и психологи констатируют факт: цивилизация вошла в эру пограничных нервно-психических состояний. Количество людей, не способных самостоятельно справиться со сниженным настроением, неумолимо растет. Попробуем разобраться в причинах участившихся депрессивных расстройств.

Недооцененная проблема

Пессимизм, потеря интереса к жизни, угнетенное состояние и апатия, длящиеся более месяца, – главные симптомы депрессии. Это вовсе не говорит о слабом характере, неумении расставлять приоритеты и радоваться приятным мелочам, поскольку депрессия – психическое заболевание, которое нуждается в специальном лечении.

Апатия может быть как следствием переутомления, нежелания заниматься чем-то нелюбимым (например, учиться той специальности, которую выбрали родители). А может быть проявлением депрессии.

Селиванова
Дарья Александровна

психолог, Киев Задать свой вопрос

Всемирная организация здравоохранения утверждает, что ежегодно до 25% жителей Европы страдают от депрессивных расстройств различных форм. Однако если в развитых странах лечение проходит успешнее благодаря высокому уровню медицины, наши соотечественники признают проблему нехотя:

  • Во-первых, терапевты часто пропускают мимо ушей жалобы пациентов на сниженное настроение, и около 50% больных остаются без должного лечения.

  • Во-вторых, сами люди предпочитают скрывать свои проблемы, объясняя затянувшуюся тоску плохой погодой, неудачами в работе или отношениях.

  • В-третьих, медработники часто оказываются недостаточно квалифицированными для того, чтобы распознать скрытое депрессивное расстройство.

Как результат – депрессия затягивается, провоцирует ряд опасных неинфекционных заболеваний (артериальную гипертензию, инфаркт миокарда, инсульт) и может подтолкнуть человека к суициду.

В этой статье мы не будем рассматривать биологические и психологические причины депрессии, которые сохраняют актуальность уже много веков подряд (потеря близких, жилья, работы, психологические травмы, плохое физическое здоровье и др.). Остановимся на современных социальных факторах, которые негативно влияют на настроение.

Информационная перегруженность

Благодаря современным технологиям, мы научились быстрее работать, эффективнее учиться и общаться, но справиться с информационным потоком стало гораздо тяжелее. Новости неиссякаемым потоком льются отовсюду: с экранов ТВ, компьютеров, смартфонов и планшетов. Бесчисленное количество СМИ генерирует контент, стараясь привлечь как можно больше потребителей.

В ход идут все средства: намеренное искажение фактов, смакование кровавых подробностей, шокирующие фото и видео. Аналитики всех мастей разбирают экономический и политический кризис в стране и мире, на повестке дня – войны и террористические акты. У рядового человека создается впечатление, что человечество движется к апокалипсису, и ничего хорошего в такой обстановке уже не произойдет.

Вам будет интересно: Детская депрессия

Социальные сети

Социальные сети – относительно новое явление: Facebook появился в 2004 году, ВКонтакте и Twitter – в 2006, Instagram – в 2010. Они моментально приобрели беспрецедентную популярность, создавая иллюзию общности, которой так не хватало одинокому индивиду. Увы, это явление имеет и негативные стороны.

Во-первых, они способствуют развитию интернет-зависимости, которая сама по себе является симптомом невроза навязчивых состояний. Во-вторых, жизнь в социальных сетях заставляет человека постоянно сравнивать себя с другими, что пробуждает старые комплексы и провоцирует появление новых. В-третьих, социальные сети повышают тревожность: пользователь излишне переживает о своем имидже, болезненно реагирует на негативные комментарии. Известны случаи, когда подростки кончали жизнь самоубийством, не в состоянии вынести запугивания и оскорбления в интернете.

Культ успеха

Реклама создала образ успешного современного человека: ему около 30, он силен, подтянут, имеет блестящую карьеру, разбирается в хорошей кухне и вине, следит за модой, много путешествует, изучает языки и постоянно развивается. Если это женщина, в обязательный набор входит гармоничная семья, красивые и умные дети, изучившие английский в возрасте 4 лет.

В социальных сетях этот образ культивируется: фотографии пользователей лучатся счастьем и благополучием, вызывая у человека по другую сторону экрана чувство острого бессилия: «Почему я не такой? Почему мир несправедлив ко мне? Что я делаю неправильно?» Неуверенность в себе растет, как снежный ком, ведя за собой депрессию.

При подавлении эмоций угнетенное состояние неизбежно. Распространенность такой депрессии колоссальна (из-за психологической неграмотности). В любом людном месте - 80% людей с кислым выражением лица.

Аскандарова
Эсина Энверовна

психиатр, Киев Задать свой вопрос

Другая сторона медали – самообман. Поддерживая имидж беззаботного и счастливого человека с картинки, мы все глубже погружаемся в мир лжи, лишенный нормальных человеческих эмоций и отношений.

Конечно же, этот список далеко не полон: постиндустриальное общество скрывает еще много факторов, провоцирующих депрессию. В любом случае, чем раньше вы ее обнаружите, тем выше шансы вернуться к нормальной жизни. В этом вам поможет психосоциальная терапия (при легкой депрессии) или прием лекарств (при тяжелой).

Мария Ниткина

Источник: http://www.likar.info/psihologicheskie-problemyi/article-74189-pokolenie-depressij-realnye-prichiny-i-realnye-tsifry/